10.01.2002

Sorry, your browser doesn't support Java.

Идет работа над альбомом tunnels трилогии эксперимента: [tunnels/wells /bridges].

    05.11.2001

Начата работа над трилогией эксперимента из трех cd: tunnels, wells и bridges.

 
   подписка на новости
 


Lapsus Memoriae
Fear & Loathing
A.G.E.R.
F.L.I.P. (remix) live
U Came 2
When The Day Is Gone
She Wants More Than Acid Jazz

 

Эффективный веб-дизайн!

Новая Почта

 





Victoria Royallce

Путь домой.

Сущности множились. Они заполняли собой пространство, принимая всё более причудливые формы. Сквозь их полупрозрачные тела еще можно было разглядеть ободранные стены с обрывками обоев и дверной проем, излучающий мягкий сиреневый свет. Он находился здесь достаточно давно, и теперь у него осталась только одна мысль: "Домой!! Скорее домой!!". Сущности не выглядели особо угрожающими, но ему вдруг стало жутко. А что если не останется места, а сущности всё будут появляться и появляться… Он устало прикрыл глаза. Когда он разомкнул веки, то обнаружил, что сущности исчезли, оставив после себя едва различимый запах гниющей капусты. Запахи сегодня особенно донимали его: изредка приятные, иногда терпимые, но чаще всего отвратительные.

Что дальше? Он огляделся, ожидая новых Проявлений. Всё вокруг было спокойно, только комната приобрела более цивилизованный вид: обои с изображением зелёных плюшевых медведей, неожиданно-одинокий кактус на кривой подставке в дальнем углу. Ему вовсе не хотелось идти к кактусу и проверять, был ли он таким же безопасным Проявлением, как сущности. Он двинулся по направлению к выходу. Свет в дверном проеме не был однородным, он был скорее похож на клубы дыма или густого тумана, в нем определенно существовали свои течения, и от него приятно пахло лавандой. Он вздохнул и шагнул за порог.

Свето-дым рассеялся, и он увидел, что оказался на бескрайнем поле, покрытом серебристым пухом. Дверной проём исчез. Он огляделся: серебристая равнина простиралась всюду. Он опять вздохнул и побрел в направлении, которое сам про себя почему-то окрестил востоком, хотя никаких ориентиров здесь не было. Он устал, но упрямо брел вперед, словно это могло что-то изменить. Он прошел сегодня сотни миров, но они лишь переплетались друг с другом, словно смеясь над ним и не пуская его домой. Он пытался сориентироваться во времени, словно время имело здесь какой-либо смысл. Стало заметно теплее, затем жарче, он обливался потом, но шёл и шёл вперед. Вскоре ему стало казаться, что на него дышит огромная невидимая собака, чьё зловонное горячее дыхание со свистом вырывается из громадной пасти, усеянной острыми зубами. Серебристый пух вокруг пожух и почернел. Стало слишком жарко, чтобы можно было двигаться, и он упал на землю, поджав под себя колени. Почва вокруг пошла волнами, зашевелилась и выпустила наружу ростки прозрачных растений, они с устрашающей скоростью рванулись вверх, широкие листья хищно сворачивались и разворачивались. Он протянул руку и дотронулся до ближайшего стебля, который оказался на ощупь твердым и прохладным. Растения достигли примерно двухметровой высоты и тут появились бутоны, а затем и цветы с длинными пестиками. Стеклянные цветы были по-своему очень красивы. Они окружили его плотной стеной, и когда он попытался протиснуться между стволами, пустили новые побеги. Теперь он оказался в стеклянной тюрьме. Стало холодно, пошел густой снег. На нем были только джинсы, белая футболка с мультяшными утятами и один носок, поэтому он жутко замерз, дрожал и судорожно пытался найти выход из сложившейся ситуации. В заднем кармане брюк обнаружились ключи от квартиры, которыми он принялся ковырять свою стеклянную клетку. Цветам это явно не понравилось, они выставили вперед свои листья, которые зловеще поблескивали острыми краями. Он зацепился рукой за один из листьев, брызнула кровь, закапала на снег, на цветы. На том месте, куда капнула кровь, растения стали плавиться, словно горячий воск. Он усмехнулся и надавил на края раны, размазал кровь по стеблю. Рука жутко ныла, но он не останавливался.

Когда же, наконец, он выбрался из стеклянного плена, руки он практически не чувствовал. Рана была достаточно глубокой, но кровь из неё уже не шла, словно её больше не осталось во всем теле. Пробираясь сквозь желтоватые сугробы (и когда успело выпасть такое количество снега?) он окончательно замерз и тут он увидел впереди тихо бредущую фигуру, замотанную с ног до головы в серо-коричневую мешковину. Новое Проявление? Или брат по несчастью? "Эй!! Погоди!!". Он кинулся догонять фигуру. Подбежав к незнакомцу, он схватил его за плечо и развернул лицом к себе. Впрочем, как раз лица у него и не было. Мешковина прикрывала пустоту. Он опустил руку, и мешковина свободно упала на снег. Он постоял немного, отдышался и, подняв ткань, закутался в неё. Теперь он сам был похож на призрачную фигуру незнакомца. Сверху послышался отчетливый и недобрый смех. Он посмотрел наверх, но, не обнаружив там ничего кроме низкого полосатого неба, пошел дальше. Сверху снова и снова раздавался громогласный хохот. Он старался не обращать на него внимания, но каждый раз по спине пробегали холодные мурашки. Смех всё усиливался и усиливался, промежутки между приступами хохота становились всё короче и, наконец, он превратился в непрекращающийся грохот, раздававшийся, казалось, отовсюду. Он обхватил здоровой рукой голову, пытаясь закрыть уши. Получалось у него это слабо. Грохот нарастал, и он бросился бежать, спотыкаясь и падая. Снег пах несвежими картофельными очистками, был ноздреватым и казался каким-то нездоровым. Падать в него вовсе не хотелось. Но он упал и лежал в вонючем снегу, ему казалось, что на него упала бетонная плита, и он не мог поднять даже голову. Вдруг он стал проваливаться сквозь снег, а затем, продавив своим телом слой земли, упал с небольшой высоты на твердую бугристую поверхность.

"Похоже, на сей раз я переместился по вертикали", - тупо подумал он, пытаясь подняться. С третьей попытки ему это удалось. Жутко болела голова. Охнув, он сел, поднял голову, отнял руки от лица и тут же встретился взглядом с черным карликом, сидевшем на золоченом детском троне. Конечно же, это был Великий Сосед. Он мог принимать любые обличия, но это было его излюбленным. От него шёл сильный дух, как от древней парализованной старухи. Карлик смотрел на него, хитро прищурив желтые глаза: "Я знал, что ты вернешься, - произнес он наконец, - вы всегда возвращаетесь".
- Ты ждал меня?
- Пожалуй, - новая усмешка.
- Зачем, неужели соскучился?
- Я что, похож на человека, у которого есть время скучать? - рассмеялся карлик
- Ты вообще не похож на человека.

Великий Сосед перестал смеяться и нахмурился, за спиной у него разгоралось северное сияние: "Не надо меня злить. У меня есть к тебе одно предложение. Сегодня у меня хорошее настроение, и я, пожалуй, исполню одно твоё желание. Как постоянному клиенту", - он снова засмеялся, демонстрируя гнилые остатки зубов: "Чего ты хочешь? Здесь много чудесных вещей. Подарить тебе Зеркальный Сад или Золотого Эмбриона? А может Девушку-Луну?"
- Нет.
- Не хочешь? - удивился Великий Сосед, - Так чего же ты хочешь?
- Домой!! Я хочу домой!!
- Ну, нет, я не отпущу тебя. Ты останешься здесь.
- Отпусти меня, и я больше никогда не приду сюда.
Великий Сосед запрокинул голову и гортанно захохотал: "Я не просил тебя говорить этого!! Ты сделал это сам, по своей воле. Хорошо: иди!! Но если ты вернешься…" - сказал карлик, снова захохотал и исчез. Но тут же появился на краю северного сияния.
- Послушай, не надо исчезать и появляться, ты не Чеширский Кот, да и я… не Алиса.
- Прощай!! А, впрочем, до свидания!! - карлик исчез окончательно.
"Где же выход?" - закричал он и тут увидел замочную скважину, черную замочную скважину в северном сиянии. Он обошёл трон, и заглянул в неё. Он увидел свою комнату и самого себя, лежащего на полу рядом с кроватью. "Как же мне попасть туда?" Северное сияние выгибалось в его строну, липло к рукам и лицу. Он хотел отойти подальше, но вдруг замочная скважина стала увеличиваться в размерах. Когда она стала достаточно большой, он просунул в неё голову и, оттолкнувшись ногами, нырнул вперед.

Очнувшись, он почувствовал, что язык его окончательно присох к нёбу, а рука нестерпимо болит. На майке, кроме давешнего утенка, теперь была запёкшаяся кровь и какие-то пятна, весело переливающиеся всеми цветами радуги. Солнце пробивалось сквозь неплотно задернутую занавеску, где-то стучал о стенку детский мяч, слышалась привычная ругань соседей. Он был дома. "Всё, с меня хватит. Больше никогда!!" - пообещал он сам себе, заранее зная, что не сдержит этого обещания.

СКАЧАТЬ В ФОРМАТЕ MS WORD

 






 

 




© 2002 Undercut Official Web Site [undercut-music.com]-[info@undercut-music.com]

© 2002 designed by Replica Design Group [www.rpl.ru]-[info@rpl.ru]